Владимир Мартов
ЗАМЕТКИ НА ПОЛЯХ "РУСОФОБИИ"


АПРИОРНОЕ СУЖДЕНИЕ

--------------


Вяч. Воздвиженскому не интересно гулять с И. Шафаревичем. Потом оказалось - и с А.Солженицыным тоже.

О чем сие?

Так. К слову пришлось.

Просто у каждого человека - тем более мыслителя, д у м ц а - свой взгляд на вещи, свой угол зрения.

Не интересно ли открывать заново нашу, казалось, такую знакомую Вселенную?

Отдайся новому - из сопротивления ты выйдешь не умудренный, посвежевший и поумневший, а самодовольный, самодостаточный - прежний. Отдайся, позволь себя убедить; все равно чуждое тебе в тебя не войдет - отсеется, отторгнется, стошнится. Отдайся - и посмотри, что получится.

Если ты еще молод - считаешь себя молодым -, ты восприимчив к новому. Отдайся - в этом состоит принцип "сочувствия"; ты не потеряешь, но только приобретешь.



ИНДУКЦИЯ

-------------

В свое время "Русофобия" изрядно нашумела, ее ругали практически все демиздания, и если бы не авторитет А.Солженицына, назвавшего И. Шафаревича в одном ряду с А.Сахаровым, я бы, пожалуй, так и не взялся за нее. Сказывалось воспитание: "приличные люди об этом не говорят". "Люди вообще не делятся по национальному признаку!" Обжегшись на молоке, дуют на корову - опыт нацистской Германии и наша действительность показали: хорошо бы вообще подавить в себе национальные чувства, как чувства низменные. Хорошо бы ничего не трогать, оставить все как есть и отдаться во власть какой-либо догме, желательно "высокой" - для самоуважения, - а то к чему это может привести? Но ведь догмы были бы хороши,когда бы были вечны. И все догмы имеют свойства глиняных колоссов - надо доискаться, добуриться, достать первопричину, дойти в своих рассуждениях до упора, сегодня возможного.

Безусловно, кого может убедить аргумент типа: "А вы видели когда-нибудь колхозника-еврея?" - мне, например, это не интересно. "Подайте мне интеллигентного антисемита!" - взывал в Витебске пародист А.Иванов.


БАЗА

-------------

Первопобуждением к написанию "Русофобии" явились споры о дальнейших путях развития России - споры, в которых голоса наподобие И.Шафаревича звучали одиноко (это легко объяснимо, поэтому сделайте это сами); сейчас полемический накал статьи может только оттолкнуть, но, понимая ситуацию, мы выносим её за скобки.

А теперь вдумайтесь: Ф. Ницше и Вл. Соловьев творили в одно время! Но они - не современники!!! Государства Др.Греции и Др.Китая также существовали в одно астрономическое время - но и они не современники. Современность предполагает принадлежность к одной цивилизации. А сравнение Ф.Ницше и Вл.Соловьева, вернее, двух линий, представителями коих они явились - говорит нам: они относятся к разным цивилизациям. Не случайно в России и в Европе философские школы с конца ХIХ века в принципе разошлись.

Речь не может идти об отсталости России; хотя Европа пережила уравнительный фашизм в конце ХVIII века, у нее были и националистический фашизм в ХХ веке - а фашизму все равно, под каким флагом выступать, для него важнее состояние общества.

Я не говорю об исключительности России. Впрочем, чего уж мне: слов бояться - думцем не быть! По большому счету все страны, все народы исключительны - уже в силу географии и исторического пути. Исключительные страны и народы объединяются в исключительные конгломераты - цивилизации, которые, в свою очередь, являются частью еще более целого - человечества. Просто говоря об исключительности России, имеют в виду, что она целиком и полностью занимает собой целую цивилизацию - да она и есть конгломерат стран и народов: это уже и не просто Империя. Просто империй было много - Британская, Испанская. Нет, это действительно цивилизация.

Как cуб' единица человечества в целом, она подчиняется общим законам, но как неповторимость - у нее свой путь. Французский и немецкий государственный и экономический строй, по сути, дети одних родителей, но стоит сравнить их с Японией - и вы поймете, о чем я говорю. ( Так ли я понимаю смысл названия журнала - "Наш современник"?)

Что же можно противопоставить тому, чтобы опыт других стран воспринимать критически? - о чем статьи А.Солженицина, А.Зиновьева, того же И.Шафаревича.

Что существует нечто, утеря которого будет иметь катастрофические последствия? Что это - наша Родина, - поэтому каждый шаг по ее преобразованию должен быть сто раз взвешен и учтен? - Только эмоцию. Все аргументы здесь вторичны, а потому недостаточны. Первооснова - русофобия. Это не просто неприятие одной нации другой - это неприятие национального уклада вообще, и со стороны чуждой нации, и со стороны своих "Иванов, не помнящих родства". С соц.-классовой точки зрения, с которой обычно и рассматривают развитие общества, главную роль в уничтожении старого уклада играли те, для кого он был чужд - маргиналы и интеллигенция в том смысле, как это понимали авторы "Вех". Но есть и другая ось координат - национальная.

И вот неприятие тоталитаризма чудным образом трансформируется в форму неприятия русского государства. Русский национализм обновляется великодержавным шовинизмом, в то время как все другие "малые" национализмы, кроме тех, что уже привели к крови, считаются здоровыми, консолидирующими.

Интересен пример с ленинской идеей о разделении национализмов "больших" и "малых" наций - несмотря на радикальный антиленинизм, ею продолжают пользоваться. Хотя я не вижу, чем русский национализм хуже литовского. Тем, что русский направлен, главным образом, против евреев, а литовский - против русских?

"Малые" нации, приободренные неожиданной форой, быстро продемонстрировали всю практическую бессмысленность этой идеи, ибо с образованием собственного национального государства "малые" и "большие" нации меняются местами, и этот процесс может идти до бесконечности - до района, сельсовета, отдельного дома и далее. Тут либо все нации равны, либо нет.

Строго говоря, нации, как и отдельные люди, равными быть не могут, но речь идет о юридическом равенстве.

Другое дело - совсем другое! - что "большие" и "малые" нации занимают разные положения в имперской иерархии, потому с крушением империи перед ними - разные задачи. Разные пути к национальному возрождению. Нация, осуществлявшая имперскую гегемонию, страдает, очевидно, не менее, а может, и более других наций, но ее "страдания" несколько другого плана, они несопоставимы с трагедией репрессированных народов, народов Севера, оккупированной Прибалтики и колониальной Средней Азии. Вот откуда полярное различие националистических движений "больших" и "малых" наций. Но потому же эти понятия - нации "большие" и "малые" - быстро приобрели свойства ярлыков, стали освящением нового насилия.

Но возвращаясь к "Русофобии", чувствуешь, что в констатациях И.Шафаревича есть явная передержка: он обвиняет еврейских авторов в сознательном неприятии русского, формулируя вопрос: "Какое влияние на судьбу этой страны оказал беспретендентный прилив еврейского национализма в политическую жизнь - как раз в эпоху величайшего кризиса в ее истории?" - имея в виду стремление евреев замолчать историю России, исходя из боязни ответственности за свою роль в ней.

Может быть, это есть. Даже наверное. Но вряд ли это главное. Потому что сомнительно, чтобы этот вопрос объяснил массовость рассматриваемого явления.

Я думаю, дело в другом - в биологической реакции на чужое. Может быть, это - проявление заложенной в генах системы опознавания типа "свой-чужой". Самец-крыса некоторое время после случки уничтожал всех попадавшихся ему на пути крысят - ровно до того срока, как появляются его собственные. Такое биологическое приспособление обеспечивает лучшее выживание своего потомства. Русофобия, ксенофобия вообще - такое же приспособление, свидетельство наличия конкуренции наций.

Здесь же интересно взглянуть и на самого Шафаревичф. Если список сталинских палачей и "эксплуататоров народа" начинался с Френкеля и Бермака, если автор (здесь речь уже не идет именно и только о Шафаревичу), перечисляя "героев" коллективизации, ограничиваются фамилиями Кагановича и Яковлева с обязательным добавлением Эпштейн через дефис - ясно, что здесь не все в порядке. И диагноз лежит на поверхности: юдофобия.

Так и живем: у одних - русофобия, у других - юдофобия. Спор о путях развития России давно выродился в абстракции с той и другой стороны. Времени и желания всмотреться в лица нет. А ведь выстрелить в человека, у которого ты рассмотрел лицо, не так-то просто. Просто выстрелить в мишень - с биркой "еврей", "русский оккупант", "армянский боевик"…

Однако, все это не снимает вопроса, который я пытаюсь разрешить: вправе ли еврей судить Россию?

А почему нет? Можно подумать, нас интересует не человек, а его объективизированная оболочка. Конечно, интересно понять, откуда эти "еврейские" суждения - но ведь это не снимает вопроса их истинности. Напротив, "еврейские" суждения о России могут быть нам более интересны, так как необычны для нашего менталитета.

Обида на высказывания "инородцев" есть проявление архаизма "железного занавеса" - в наше время для определения качества товара, равно и суждения, нельзя судить исходя из национальных рамок. Настоящее качество может гарантировать только международный уровень. Мне не интересен принцип "абы что - но свое", мне скучно защищать "своих" только потому, что они "свои. Неужели мы читаем А.Солженицына, В. Максимова только за то, что они - русские?

Теоретическая критика русофобии и бытовой антисемитизм - вещи несоизмеримо разные. О пропасти между научным и бытовым пониманием сказано достаточно: представьте себе, что отец обвинил сына в том, что у того присутствует "эдипов комплекс"!

Нация, как и класс - понятие абстрактное. Каждый человек - не только и не столько выразитель своих национальных и классовых интересов, но и личность. Бытовой антисемитизм проектирует абстракции на живых людей - а это страшно.

С другой стороны, определенные теории требуют определенных действий. Можно из признания, наличия национальных противоречий при условии, что "пряников сладких всегда не хватает на всех", как поет Б.Окуджава, сделать вывод о необходимости системы апартеида: пока биологическое и Разум в человеке мирятся в одной оболочке, одно вынуждено заботиться о другом, иначе погибнут оба. Исчезновение нации приведет к невосполнимой потере для Разума. В условия тяжелого кризиса обострение боязни за "наших" биологически обосновано.

На меня лично что-то останавливает. То ли опыт нацистской Германии. То ли просто некий моральный цензор, не позволяющий опуститься на четвереньки и зажить как в очень старые и очень, очень добрые времена - когда мы были животными.

Где-то здесь - тонкая красная линия, отделяющая Разум от Безумия.



* * *


10 ДНЕЙ СПУСТЯ



Возможно, мой моральный цензор более прав, чем все теоретические выкладки.

Возможно, фокус в том, что нация, а далее - цивилизация, - все-таки абстрактные понятия. Это очень разные генотипы, объединенные чем-то схожим. А носителем генотипа является Человек. Нация может исчезнуть, раствориться - но гены, растворенные в других генах, не исчезнут.

То же касается "духа" нации, ее культуры - всего, что можно объединить понятием ноотип.

Право, живые люди не должны закладываться на алтарь абстракций. Смерть - наверное, единственно непоправимое в этой жизни.


МЕСЯЦ СПУСТЯ


Я как-то уже упоминал о важности определения для себя верного угла зрения - то ли с точки зрения Личности, то ли с точки зрения Общества. Причем, казалось, уже определили для себя раз и навсегда Истину Одного Человека - но оказывается, невозможно определить что-то "раз и навсегда" - меняется мир, а более - ты сам.

Начиная, возможно, с Вл. Соловьева - в речах памяти Ф.М.Достоевского он говорил о возможности чувства Соборности. О важности духовного воссоединения уединившейся личности с целым народом. И не потому, что он народ, что 60 миллионов больше, чем один, или тысяча - здесь Вл. Соловьев отвергает путь, позже протоптанный в Германии -, а потому, что уединившаяся личности должна вернуться к истинной вере, которая еще сохранилась в народе.

Но Истинная вера - в чем она? В чем ее истинность? Где ее полномочия? (слово-то какое, тьфу, прости Господи!). Раскольников пытается установить Истину Одного Человека - его опыт отрицать нельзя; но то, что решил для себя Соловьев, а ранее - Достоевский (и навязал Раскольникову), то не очевидно для нас. Христа нет - кто определит тот камень, на котором нужно строить церковь?

Есть ложь в навязывании Соборной истины - и правда в ее добровольном принятии. Все равно все начинается с "аз есмь", даже онтологически. Далее - "для чего"?

А.Солженицын прав, ставя вопрос: "Свобода для чего?" - за что был обвинен в пренебрежении свободой как таковой. Солженицын был прав - ложь состоялась бы, если бы он навязывал ответ.

Человек для Общества - Общество для Человека; кто такой умный решать за других?

Слушайте себя. Слушайте свое сердце - так писал И.А.Ильин. Возможно, в этом Истина. Хрупкая, как сама Жизнь.



* * *




февраль 1993




Далее следует "эссе-реплика" (опред. ред.) Василия Бруса.



главная страничка сайта / содержание "Идиота" №22 / авторы и их произведения