Владимир Мартов
эссе ОТЧУЖДЕНИЕ


Глава II.
ОТЧУЖДЕНИЕ

Отчуждение - не столько философская категория, сколько ощущение, чувство. Наличие в нас разных уровней, пластов, комплексов, от нас мало зависящих, когда "нарушение обмена какого-нибудь гормона сводит на нет многие душевные качества..." - это и есть самое настоящее отчуждение: нечто нам формально присущее, исходящее из нас, выносится вовне и ощущается как чуждое, имеющее иную природу. Генетические программы, к примеру, программа умирания, которая "работает" против своего "хозяина", как разведчик-"двойник", будь то программа медленной смерти от старости - атеросклероз, или быстрой смерти от запредельного повреждения - шок. Природа избавляется от ставшей ей ненужной особи, и не просто ненужной - вредной: в природе нет и не может быть инвалидов, это балласт, от которого следует избавиться как можно скорее. Жизнь - не индивидуальный процесс, индивид для природы - проба пера, пешка в игре. Рамка чтения здесь - популяция. Имеют значение не отдельные особи, а большие числа. Наш организм нам не принадлежит, а взят напрокат, что ли.

<Умирал безнадежный больной. Должен был умереть. Приговоренный к смерти. Страшно умирал. Дня три. Утром последнего дня собрался куда-то идти, привстал, но тело уже не слушалось, чужое, тянуло "вниз" - и час спустя, бросив тело, отправился ОДИН. Брошенное тело было страшно... >


Человек с самого рождения сталкивается с предсуществующим порядком вещей: культурой, общественными отношениями, политическим режимом. Принадлежность к человечеству, определенной цивилизации, этносу, кругу - не его выбор, а его судьба. В процессе жизни он, безусловно, влияет и на культуру, и на общественные отношения. - Всё из человека, все общественные институты, мораль, религия - всё это создано человеком, который при этом что-то выражал, выносил из себя, это по отношению к потомкам институты становятся об'ективными, в протяженности в прошлое: "в начале было слово..." - в начале был суб'ект. - Но степень влияния конкретного индивида в конкретных обстоятельствах на об'ективность очень редко бывает значительной, достойной упоминания, в большинстве своем стремится к нулю, тогда как обратная зависимость от обстоятельств бесконечно велика; человек есть раб независящих от него обстоятельств - это звучит так.


"Человек отличается от животных тем, что..." - а ничем он не отличается! Нет принципиальной разницы между человеком и другими высшими животными. И вовсе он не вышел из природы, ощутив свою заброшенность, или заботу, или бог еще знает что. С чего взяли, что человек отчужден от природы, а собака, например нет? Может, собака или волк тоже подвержены мистике и воют ночами своему Богу. Мы слишком поверхностны в суждениях о "братьях меньших". Хотя даже наш Разум венец эволюции, по нашим представлениям, - может трактоваться как один из вариантов потребности живого в саморефлексии (у живого не бывает единственных вариантов) и вряд ли является прерогативой только людей.

Человек безусловно отличается от собаки, как та - от слона. Но сами люди сильно разнятся меж собой, и некоторые собаки, я уверен, много выше некоторых людей. - Все видовые отличия не принципиальны и являются действительно чисто видовыми. По меньшей мере, до сих пор нет единой общепризнанной концепции Человека - это о чем-нибудь да говорит!

Отчуждение - принадлежность суб'екта, а не массы. Отчужденность от природы - факт, но касается не чело- века, как биологического вида, а человека или волка, как индивидов. Это может не осознаваться, не переживаться; когда жизнь - борьба, чувства притупляются. Я узнал по личному опыту, что утонуть не страшно: ужас скрадывается борьбой за существование. Можно заявить: человек лишь постольку человек, поскольку заботы не занимают его целиком, - но вот картина: кот, греющийся на солнышке.


Обычно словами "человек отличается от животных тем, что..." начинаются социологические или психологические концепции, постулирующие очередной смысл бытия - абстрактный, надуманный смысл, отчужденный от человека. Что есть человек? - явно его сущность не заключена в одном только самосознании. Отчужденность на уровне бес- и подсознательного исследовал Зигмунд Фрейд. - Личность не атомична, она разложима на многие, тоже, возможно, неэлементарные частицы. "Человек есть совокупность общественных отношений" - эта формула исходит из того, что человек вообще не принадлежит себе, а его Я лежит вне его самого. Если не понимать общественные отношения" слишком узко, то З. Фрейд и C° подтверждают эту формулу, если не формально, то фактически. Остается самодурство, как последнее прибежище суб'екта, только и позволяющее существовать понятию греха - "свободы воли". Поскольку человек не принадлежит себе, он выносит вовне эту самую "совокупность общественных отношений", поскольку он самодур, волюнтарист, "самостиец" - он выражает себя.


Признание за человеком его правосуб'ектности есть основа всякого положительного общества. Поэтому нет и не может быть какого-нибудь единого Мессии, одного на всех. Богоборчество достигает своей превосходной степени, и у врат Рая человек способен на спор с апостолом или даже самим Богом! - Представьте себе первые христианские общины с их апокалипсическими ожиданиями, эсхатологическим экстазом, верой по типу Черной Мессы - попробуй об'ясни им у врат Рая, что они недостойны, что они просто не так поняли слово Божье! Боюсь, Богу придется применять здесь не вполне корректные методы введения человека в состояние безволия или безразличия, как это делают врачи - нет для человека авторитета выше его самого. Иногда я знаю, что неправ, но позволяю себе быть неправым: "это - Я". Может, поэтому Бог укрылся внутри человека.

Человек имеет для себя ценность явно большую, чем отводит ему природа и всякая об'ективность. Трагедия человека заключается в об'ективации суб'екта: человек не то, что мнит о себе, - не только то. И это не имеет значения. Наверное, я неправ. Я воспринимаю природу как один из механизмов отчуждения. Хотя мы часть природы. Но я ощущаю её чуждость, т.е. вижу себя вне природы и помимо природы и всякой об'ективности. - Не всё во мне принадлежит им.


Человек слишком легко соглашается быть "совокупностью общественных отношений" - и, может, это правильно. Это и есть "жить в согласии", это и есть органичная жизнь - жизнь как в едином организме. Я слишком сильно ощущаю себя индивидом. Переживание индивида - это чувство смерти.

Время! Время! - пел Ф. Ницше. - Все наша цивилизация поражена чувством времени. Только мы и изобрели часы.

- Смотри, Сашенька, тик-так!

- Тик-так, тик-так! - вторят часы. Бежит время, уходит, ускользает.

-Тика-така, така-тика! - вторит Сашенька.

Время, время!

- Чувство смерти.

- Не успеваю.

Природа не знает смерти. У нее нет смерти, как какого-то понятия. Смерть - феномен индивидуального существования. Только смертью достигается глубина. -

Это невыразимо.

Остается воля: смерти нет.

Остается надежда.

Это противоречит логике, нашему опыту - но что такое наш опыт!

Смерти нет! - такова последняя попытка вернуться к органичной жизни.




Глава III.
ЮДОФОБИЯ: МИРООЩУЩЕНИЕ В ПРЕДДВЕРИИ АПОКАЛИПСИСА





главная страничка сайта / содержание "Идиота" №28 / авторы и их произведения