Игорь Высоцкий

СЕРДЦЕ ФАУРЫ

назад, в содержание повести

Глава 20

в которой Васька Погорелов будет молить маму родить его обратно.

- Больно же! - раздался неизвестно откуда возмущенный голос, когда Васька всадил нож в бледно-зеленую плоть фауры. Испугавшись не на шутку, он отдернул руку с ножом и увидел, что из раны тотчас потекла кровь. Ну кровь - это ещё куда ни шло, но чтобы фаура разговаривала!.. Этого Васька себе представить не мог. Ему было гораздо удобнее предположить, что внутри кактуса кто-то сидит и дурит ему голову. Тем не менее, опешивший, он пятился назад и не верил своим глазам: тело фауры пришло в движение; рядом с раной выросла пухленькая ручка мягких очертаний с двумя пальцами, которая, пошарив вокруг досягаемую для неё растительность, сорвала какой-то лопушок и приложила его к ране.

- Псих припадочный... - голос показался Ваське знакомым, хотя и был приглушенным, поскольку доносился откуда-то из глубины.

- Это ты говоришь, что ли? - спросил, чтобы что-то спросить.

Фаура не сочла нужным отвечать на Васькин вопрос. Кто же, если не она.

- Эй... - не зная, как вести себя в подобных ситуациях, заговорил Васька, - Ты кто?

Фаура продолжала молчать.

- Кто ты? - повторил вопрос Васька, леденея нутром от первобытного страха перед неведомым.

- Не ломай комедию, Погорелов. Не совсем уже я дура...

И тут из Васькиного подсознания выплыло имя той, кому принадлежал голос:

- Жанна?!..

- Что вы со мной сделали? Что вы от меня хотите?

- Я ничего с тобой не делал...

- Так я тебе и поверила. Не прикидывайся невинным ангелочком. Думаешь, ночь потерся о мой бок, так я уже и поверила, что ты ни при чем?

- Но...

- Не нокай! Не запряг. И вообще, проваливай отсюда. Ничего ты от меня не получишь...

Васька принялся убеждать кактус, говорящий голосом Жанны, в том, что ему ровным счетом ничего не надо, коль скоро он имеет дело с предметом одушевленным. Что он и предположить не мог, что где-то уже существуют фауры, обладающие сознанием; а здесь, на острове, он оказался совершенно случайно и непостижимым для него самого образом. Вместе с тем он продолжал пытать своё подсознание: кто такая Жанна? причем здесь это имя? почему он назвал именно его?.. А фаура тем временем принялась изобличать Ваську во всех смертных грехах.

- Постой, - не обращая внимания на тираду несносных ругательств в свой адрес, приступил к своему монологу Васька: - Ты - Жанна. А Жанна, кажется, работала секретаршей у Леонида Николаевича? А Леонид Николаевич - это Генеральный директор Учереждения, в котором работал я... А однажды Жанна куда-то исчезла и на её месте появилась новая секретарша... Очень красивая, огненно-рыжая... И звали её... Как же её звали? Какое-то классное у неё имя... Она стояла у окна под пальмовым листом, солнце сквозь жалюзи пунктиром выхватывало её контур... Нет, она как раз вышла из кабинета Леонида Николаевича, вместе с ним вышла, а Фридрих Карлович разметал по приемной светящийся какой-то одуванчик... И она была сказочно хороша в фантастическом мерцании лучезарных пушинок... Ещё мы ходили с ней обедать в оранжерейный комплекс и биоробот Ганс принес нам в качестве деликатеса "сердце фауры" - "нежнейшую плоть нежнейшего существа, тающую у Вас на языке и вызывающую фантастические вкусовые галлюцинации"... А потом я несколько лет ухаживал за ней - моей возлюбленной... Но не в этом дело. Дело в том, что вот сейчас я хотел отрезать кусочек этой нежнейшей плоти от нежнейшего существа, и оказалось, что это существо - HOMO SAPIENS!

Васька сел и крепко задумался. Когда фаура, высказав массу различных соображений, из коих явствовало, что свершенное над ней насилие будет отомщено Всевышним, угомонилась, Васька стал задавать ей вопросы:

- Послушай, ты человек или нет?

- Не знаю, кто я теперь.

- Но ты Жанна?

- Жанна.

- И ты работала секретаршей у Леонида Николаевича?

- Погорелов, ты задаешь мне странные вопросы.

- Пожалуйста, ответь на них. Я кое-что хочу выяснить для себя. Итак, из тебя, Жанны, сделали такое вот странное растение. Зачем?

- Не знаю.

- А у тебя вообще есть глаза, уши, рот...

- Разумеется, есть.

- Где же они?

- Где-где... В .....

- Я серьёзно тебя спрашиваю.

- Я серьёзно отвечаю.

- Ты издеваешься надо мной.

- Ничуть. Если не веришь, могу показать.

Тут тело фауры пришли в движение, вывернувшись вперед своей нижней частью, и прямо перед Васькой разверзлось то, что заставило закричать его жутким криком и со всех ног броситься прочь. В его памяти моментально воскрес пережитой им недавно кошмар, но на сей раз женский половой орган был не менее метра в поперечнике. Он так и не разглядел Жанниного лица, выглянувшего промеж кожных складок.

Ломая сучья и путаясь в лианах, Васька преодолел изрядный путь, прежде чем окончательно выбился из сил. Однако, увидев впереди скалистое образование, решил-таки взобраться на вершину, чтобы осмотреть с неё остров. Спустя какое-то время, находясь на самой высокой точке острова он сумел разглядеть лишь еще несколько фаур, расположенных на приличном удалении друг от друга. Это повергло его в полное уныние, и тогда, с криком: "Мама! Роди меня обратно!", он бросился вниз с отвесной стороны скалы.




следующая глава





главная страничка сайта / содержание "Идиота" №28 / авторы и их произведения

Упругий ковролин на резиновой основе.