цитатник "идиота"

Валерий Каравкин
КУЛЬТУРНЫЙ ЛИК ЮНОСТИ

(часть главы III из монографии "МОЛОДЕЖНАЯ КУЛЬТУРА")

Virtus est juventa.
Молодость - это достоинство (преимущество).

Юность бескорыстна в помыслах и чувствах, поэтому она наиболее глубоко понимает и чувствует правду.
Г. Гейне

Юность сама по себе есть уже поэзия жизни, и в юности каждый бывает лучше, нежели в остальное время жизни.
В.Г. Белинский

Молодой - это тот, кто ещё не солгал.
Ж. Ренар

<…>


Все люди - дети своего времени. Их духовные способности реализовываются при конкретных условиях в определённой среде, из которых не вырваться ни какими усилиями. Обстоятельства, при которых развёртывается жизнедеятельность человека, заданы, как мгновение, наступившее в результате вращения земли вокруг солнца и своей оси. Необратимость времени оказывается необратимостью окружающей человека действительности. Но именно от потока метаморфоз, условий жизни и её среды отвлечёмся и конструируем абстрактную модель юности, модель "молодёжи вообще".

Понятие юности <…> предполагает альтернативу: немолодое, взрослое, созревшее. Другими словами, в молодом возрасте отсутствуют какие-то качества, недостаёт чего-то того, что делает человека полностью состоявшимся.

Зададим вопрос, что именно отсутствует в юности, чего ей не достаёт, в чём выражается её незрелость.

Она меньше, чем люди в зрелые годы сострадает, сочувствует, сопереживает?

- Нет.

С меньшим накалом и напряжением любит?

- Нет.

Менее свободолюбива?

- Нет.

Количество подобного рода вопросов можно увеличивать, но они уже будут звучать риторически.

Так, в чём же выражается незрелость?

Очевидно в том, что юность недостаточно адаптирована к окружающей её действительности, не имеет того духовного багажа, который помогает благополучно обойти рифы житейских коллизий, и приобретается с годами. Молодёжью далеко не в полной мере усвоены именно социокультурные компоненты её окружения. Она ещё не стала в полной мере частью того сообщества, которое не выбирается, а задаётся самим фактом явления на свет в этом месте и в это время. Если конкретизировать сказанное, то следует признать, что именно нормы и установки, стереотипы и паттерны поведения данного социокультурного ареала ею не признаны ещё в полной мере. Что делать, как предпочтительно себя вести, молодёжи неясно. Она по сути своей является посторонней по отношению к устойчивым формам поведения. Эти формы ещё не вошли в её плоть и кровь, не стали частью её "Я-бытия". Ею ещё не аккумулированы моральные нормы, правовые требования, обрядово-ритуальные действия, бытовые практические навыки. Молодёжь - это та часть общества, которая в данном социальном ареале всегда является, фигурально выражаясь, иностранкой: иной, странной. "Своего"-то всегда больше, и оно сильнее. Молодёжь, независимо от конкретного демографического состояния общества, всегда в меньшинстве и слабее. Но верным является и обратное: немолодёжное для юношества - чужое, если не чуждое. Молодость, оказывается, не овладела именно тем, что приспосабливает к жизни, даёт комфорт, уют, благополучие. Юношество не обладает практической смекалкой и деловитостью. Не случайно, ханжество, лицемерие, конформизм, лесть вызывают у неё резко отрицательные эмоции. Это означает, что молодёжь тяготеет к родовому общечеловеческому началу в большей мере, чем того требует социальное окружение. Молодёжь естественна в своих порывах и искренна в них. На "мосту", который представляет собой дух, у неё пока немного тех образований, которые являются со стороны внешнего мира. Её дух является относительно чистым. Она свободна от практической рассудочности и бытовых предрассудков. Но если, как мы условились, дух - это данные природой способности обретать внешнее и воплощать внутреннее, то следует признать, что для молодости в большей степени характерно второе. Молодёжь, с силой природной естественности, реализует себя в мире, не претендуя на взаимность, вернее, не задумываясь о ней. Внутренний мир молодости оказывается без защиты, беззащитным, не прикрытым или не оборонённым какими-либо общественными духовными нормами. Молодёжь в процессе своей жизнедеятельности оказывается открытой миру. Её открытость является совершенно естественной. Это открытость человека как такового, человека каким он должен и может быть, отстраняясь от всего своего исторического груза. Открытость взрослого, "бывалого", если таковая присутствует в нём, носит интеллектуальный характер. Он открыт в силу своего мировоззрения, убеждений. Рациональные требования быть открытым концентрируют его волю. Молодость открыта без всяких рациональных установок на то и волевых усилий. Юность поступает "от души", так, как она велит. Любовью и состраданием живёт молодость, в наивности своей не предполагая на какие мучения обретает этим себя в созревшем для всего иного мире. "Новое сердце" стучит в юной груди. Под его ритм она двигается. Его биение отзывается в её поступках. Этой своей светлой стороной молодость обращена к "зрелости".

И что же?!

Зажигайте свечи умудренные опытом грузчики своих собственных прожитых лет!

В молодость метают копья. Метких метателей больше, чем можно предположить. Молодёжь в общении с взрослыми стремится перейти на "ты". Потенциальную "мать" видит она в каждой женщине и потенциального "отца" - в мужчине. Не родителями, а взрослыми, как правило, предпочитают оставаться "матери и отцы". Молодёжь стремится к тому состоянию "Между", где "Я" обретает "Ты", сливается с ним в разделённой любви. Взрослый мир воздвигает барьеры норм, установок и стереотипов. Молодёжь страдает, не понимая причины жгучей тоски и боли. Будучи предрасположенной к состраданию, естественному состоянию душевно-сердечной сути, молодёжь вынуждена страдать в силу собственной неустроенности в мире, который развёртывается перед нею странной чередой недоразумений.

По-другому складываются взаимоотношения непосредственно в самой молодёжной среде. Они крайне противоречивы. Юношество друг на друге компенсирует неполноценность своих социальных связей.

С одной стороны, страдательная энергия, обращённая вглубь себя, на себя и расходуется. Она не выходит вовне на такого же, как сам, ещё не состоявшего. В этом глубинная причина жестокого отношения молодых людей по отношению друг к другу.

Но, с другой стороны, та же вынужденная отрешенность от взрослого мира, то же стремление компенсировать неполноценность и утвердить собственную состоятельность приводит к возникновению крепких уз дружбы. Друг даёт другу быть самим собой. Друг нужен другу таким, какой он есть. Друг оказывается единственной возможностью утвердить себя в подлинно человеческом взаимном общении. От друга к другу переходит чуткость, искренность, чувство устойчивости "Я-бытия".

В таких противоречивых отношениях со сверстниками, которые резко разграничены на "всех остальных" и настоящих друзей, проходит молодость. При чём это настолько серьёзно, насколько только может быть, насколько серьёзен весь окружающий мир, с требованиями быть не таким, какой ты есть, молодой, и заставляющим страдать из-за того, что ты такой, какой есть, молодой.

Уровень духовных способностей молодёжи по самым скромным меркам не ниже, чем у взрослых. Но эти способности не обрели качества. Они не имеют направленности. Юность может. Что? Не знает. Может то, не знает что, как бы парадоксально это не звучало. Состояние духовной силы присутствует в ней. Сила духа вне качественной определённости является потенциально преобразующей. Преобразующей по сути своего бытия. Создающей и ломающей в одночасье. Дающей и забирающей. Без смысла творящей и в самом созидании находящей опору. Молодой - Фауст. Для него важно движение, порыв. Он порывом живёт. Порыв - его бытие. Порыв - его дыхание. Порыв есть естественное биение его естества. Но в чём направленность порыва? - Вопрос, существующий в сознании человека пожившего, "видавшего", пережившего порывистость собственной молодости. В сознании молодого человека вопроса этого не существует. Вспомним мудрого Гёте. В конце трагедии, Мефистофель ощущает себя победителем:


"В борьбе со всем, ничем не насытим,
Преследуя изменчивые тени,
Последний миг, пустейшее мгновенье
Хотел он удержать, пленившись им.
Кто так сопротивлялся мне, бывало,
Простёрт в песке, с ним время совладало,
Часы стоят"


Как Мефистофелю не понять Фауста, так взрослым не понять порывов молодости. Молодость, как Фауст, ощущает в своих порывах высший смысл существования, и негодование взрослых для них не имеет никакого значения, так же как цинизм Мефистофеля для Фауста.

В отсутствии конструктивной направленности собственной деятельности, молодёжь оказывается ближе к природному началу. Молодёжь созидает и творит самой своей жизнедеятельностью. Но творит она не ценности. Их создание требует устойчивой базы, аккумуляции традиции, осознания прошлого опыта. Молодёжь творит саму деятельность. Деятельностью созидает невиданные прежде формы деятельности. Причудливо действует. Вытворяет.

Первый, выявленный нами закон культуры, фиксирующий движение от творческо-созидательной деятельности - к ценностям, особым образом даёт о себе знать в юности. Молодёжь с творчества начинает, но, как правило, не к общезначимым в дальнейшем ценностям приходит, а к новым формам общения, которые являются подвижными и неустойчивыми. Формы общения созидает молодёжь, которые, зародившись, гаснут, не возобновляются, не обретают устойчивый характер. Молодёжь оказывается вынужденной постоянно созидать, так как созданное ею моментально рассыпается, словно дворцы из песка.

В то же время, она не может не ощущать, не осознавать, пусть на малом, но опыте, что те нормы, которые ещё не достаточно усвоены ею, нормы взрослого мира, дают возможность обрести устойчивость. Так уже в молодые годы начинает сказываться второй универсальный закон культуры, который фиксирует движение от ценностей - к деятельности.

Противоречие между закономерными порывами, что фиксируется третьим, выявленным нами, универсальным законом культуры, приводит к неустойчивости, сомнениям, неоднозначности в поступках. Поведение молодых людей во многом является непредсказуемым.

Итак, по показателям душевно-сердечных характеристик молодость не уступает зрелости. Не приходиться говорить о недоразвитости способностей сострадания и любви.

В силу же духовных особенностей юношества, любовно-сострадательная энергия не находит должной реализации и поэтому сострадание перерастает в страдание. Молодёжь испытывает боль от тоски, причины которой ей не понятны. В духовном мире юношества отсутствуют, вернее ещё не сформировались окончательно, именно те качества, которые так или иначе связаны с адаптацией к окружающему миру. Не достаёт, не хватает именно того, что способствует выживанию, несёт благополучие, даёт возможность лучше устроиться в жизни, легче жить, реализовывать себя и самоутверждаться.

Если, учитывая это, изменить ракурс видения, то можно сказать, что юношество нельзя считать незрелым. Его духовный мир просто не такой как у взрослых, "созрелых", "вызревших". Духовный потенциал молодости качественно иной. Он содержит, в известной мере, не задетые утилитарно-меркантильными побуждениями, данные в чистом виде, образы, которые реализовываются в процессе жизнедеятельности, которые являются идеальными конструктами, служащими побудительными импульсами для реальной практической деятельности.


<…>




на стартовую страницу журнала все номера журнала все авторы и их публикации в "Идиоте" содержание этого номера
Женская одежда оптом от производителя Endea. endea.ru недорогая женская одежда